В 1842 году Великобритания отхватила себе в колонии Гонконг от Китая в ходе Первой опиумной войны (вкратце суть была в том, что Китай пытался запретить англичанам торговать в стране опиумом, который стал национальным бедствием, — а те обиделись и объявили войну). В 1997 году бывшую колонию вернули Китаю. Теперь семимиллионный Гонконг живет в Китае, как профессор Преображенский в доме со Швондером. Посматривая на новых соседей свысока и с опаской, но пока — по старым порядкам: специальный административный район Гонконг сохраняет внутри себя европейского покроя демократию, гражданские свободы и визовый режим с остальным Китаем. А также — английский как второй официальный язык. На нем дублируются документы и вывески, любой человек, к которому вы обратитесь, от прохожего до уличного торговца, скорее всего, на нем говорит (но к произношению надо привыкнуть).

 

Сами гонконгцы говорят: чтобы узнать, что такое настоящие китайцы, не измененные до неузнаваемости коммунизмом (как в КНР) или английским влиянием (как, собственно, здесь), — надо ехать на Тайвань.

 

Гонконг высунулся из моря двумя с половиной сотнями островов (крупных из них три — Гонконг, Лантау и Ламма) и еще немного наполз на берег брюхом Коулуна и длинным хвостом Новых Территорий. Голова этого чудовища — и местный Манхэттен — это остров Гонконг, пучок футуристических небоскребов. Напротив, уже на материке, — Коулун, где преобладают старые высотки: этакие хрущевки в несколько десятков этажей, покрытые черным налетом, опутанные веревками с бельем, проводами и трубами, — все коммуникации снаружи, каждый квадратный сантиметр на счету. Дальше вглубь материка — Новые Территории, там живут попросторнее.

 

Осваивая Гонконг, вначале привыкаешь к его сверхплотности: все узко, высоко, сконцентрировано. А потом выбираешься подальше, на другие острова, — на пляж, или хайкинг (очень популярный здесь), или в буддийский монастырь у ног гигантского Будды на Лантау, — и обнаруживаешь, что урбанистический концентрат гонконгских кварталов окружен многими километрами нетронутой природы — она занимает три четверти территории Гонконга.

 

Гонконг: туманный остров

 

Среди заметных следов, оставленных в Гонконге метрополией, — популярность христианства: 12 % гонконгцев исповедуют протестантизм и католицизм, около 20 % — буддизм, даосизм или конфуцианство, остальные, по соцопросам, не придерживаются никакой религии. Впрочем, когда строят здания (а тут строят не ниже 30 этажей) — всерьез заморачиваются правилами фэн-шуй.

 

Аптеки же выглядят так, как будто тут — опять же всерьез — увлекаются магией: бóльшая их часть — ведьмины лавки, где кучами лежат коренья, рога и копыта, сушеные моллюски и натурально крошечные драконы, — класс зельеварения, да и только. При этом Гонконг — первый в мире по ожидаемой средней продолжительности жизни (и один из последних — по рождаемости).

 

Гонконг: туманный остров

 

Еще одно английское наследство — построенный в конце XIX века огромный ипподром. Туда можно отправиться, если для вас уже или вообще не актуальны Диснейленд и огромный океанариум (обычные гонконгские приманки для туристов). Скачки — единственная разрешенная на земле Гонконга азартная игра, и местные на них помешаны: купив билет в самый простецкий сектор ипподрома, вы увидите там и людей, делающих ставки, трясясь от возбуждения, — и проносящихся на расстоянии вытянутой руки фантастически красивых и мощных скакунов — с именами вроде Янтарное Небо, Лучшее Танго, Пенни Лейн, Большой Балет, Серебряный Гэтсби, а еще — То Что Надо и Тут Не Над Чем Смеяться.

 

Как в Нью-Йорке, тут есть Тайм-сквер — вся в неоне и небоскребах. Как в Лондоне, тут есть богемно-тусовочный район под названием Сохо. В гонконгском Сохо никто не живет: только улица за улицей громоздятся один на другой рестораны и ночные клубы, люди из которых выплескиваются с бокалом в руке танцевать прямо на улицу. Вообще, как и полагается городу-сказке, в Гонконге с пространством способны происходить удивительные вещи: на крошечном пятачке может умещаться невероятное количество зданий, в этих зданиях может умещаться невероятное количество квартир, а в стоимости этих квартир может умещаться невероятное количество нулей. Отели, кстати, здесь обойдутся раза в два дороже, чем аналогичные в Европе (но есть и не имеющие аналогов: самая бюджетная ночевка — в натуральном шкафу без окон, размером с односпальную кровать). Впрочем, после того как вы разобрались с жильем, Гонконг может быть очень дешевым: транспорт недорог, а для супербюджетного путешествия есть копеечные лапшичные (которые с порога отправили бы российского санэпидинспектора в нокаут).

 

Гонконг: туманный остров

 

В Гонконге, как и в мире Гарри Поттера, есть свои домашние эльфы — филиппинские домработницы, которые всю неделю за минимальную плату трудятся в квартирах, где у них есть свой уголок, а раз в неделю выходят на волю в город — чтобы устраивать пикники или просто дремать в огромных картонных коробках, выставленных прямо на тротуарах и пешеходных мостах (местных это не смущает, а вот постороннего это зрелище погружает в бездну раздумий о несправедливости устройства этого мира).

 

Гонконг: туманный остров

 

Футуристическая архитектура Гонконга вырастает из переплетений бамбука — из бамбука тут делают строительные леса. То есть небоскребы растут из бамбуковых лесов, пока не пропадут в белом тумане. Туман, в котором скрываются макушки небоскребов, — типичное состояние Гонконга, поэтому освещение тут кажется кинематографически-искусственным. В обед в парках люди из офисов, в костюмах и галстуках, немножко спят на лавках в дивной красоты парке среди лебедей, фламинго и черепашек или — даже не ослабив узел галстука, — практикуют взмахи руками и ногами из кунг-фу или чего-то в этом роде.

 

Состояние, которое нападает, когда бродишь по этому затуманенному городу, — сонная счастливая прострация, — и оттого удивительно, как местные ухитряются столько работать: окна небоскребов на острове Гонконг горят до полуночи.

 

В Гонконг летает прямой рейс из Новосибирска; граждане РФ могут провести на его территории 2 недели без визы.

 

 

Елена Полякова

 
Фото автора